Русая Алка.

Автор: Kran   
Рю́еня 29,
7518/2010

В конце августа, выдалась необычайно жаркая пора. Асфальт на дорогах плавился. Для Сибири, вообще-то, это было не характерно в конце лета.  Люди изнывали от духоты. Декалитрами поглощалась минеральная вода, тоннами сметалось мороженное, ресторанчики и забегаловки с системами кондиционирования, пользовались особенным спросом в это жаркое время.

Мы в офисе, проклиная все и вся, ждали выходных. И потому, когда в пятницу, после обеда, Мишка спросил меня:

— Веня, а не поехать ли тебе с нами сегодня вечером, в лес? На базу? К озерам? – я, недолго думая согласился.

— Поехали, конечно! Кто мчит? Куда? Во сколь? Чего брать с собой?

— Да, наши все поедут. Руководство, понятно, по своим «дачам-курортам» разъедется, а так все наши — конторские — собираются, ну мож еще кто прицепом… Поехали, короче! Сегодня, в семь вечера, на конечной «шестерки» собираемся, там нас подберут и доставят. С собой особо брать ничего не надо, так джентльменский набор – там в домиках все есть!

— Миш! Я в теме! Буду! – предчувствуя радостную встряску для организма  в предстоящие выходные, ликующе ответил я.

— Да, кстати, подругу можешь взять свою! Там с девчонками напряг будет! Сам знаешь, у нас в конторе кто? Нинка, Лизка, Машка и Ленок…

— Понял… Конечно… Возьму… — запинаясь, чего-то там я пробурчал.

— Ага, ну все давай! До встречи!

Как всегда, уверенный в себе и во всем Мишка, затушил свою сигарету о железный бок курилки,  и устибал в свою конторскую ячейку.

Подругу… В этом деле у меня был большой вопрос. С Настей мы расстались недели три как назад. Расстались болезненно, обостренно, каждый нетерпимо не признавал за собой ошибок, был уверенно убежден именно в своей правоте. Предыдущие полгода ничему нас не научили, и нашу искреннюю близость, я был сейчас склонен списывать на физически сильное влечение молодых организмов друг к другу.

Потому с подругой у меня была проблема.

— Ну, и хрен с вами! – полушепотом подумал я, — поеду один! Отдохну хоть на природе по-настоящему!..

… Микроавтобус застенчиво шуршал своими шинами по плохому асфальту лесной дороги. Около часа мы уже, наверное, тряслись в душном и пропотелом салоне автобуса. Кондюка не было, все возможные форточки были открыты настежь, встречный поток воздуха захлестывал внутрь салона, и дарил иллюзорное чувство прохлады, раскаленному и пропотелому телу под майкой и шортами. За нами двигался еще один такой же микроавтобус, в нем находилась остальная часть нашей конторы с «прицепами». Ощущая, радостное чувство приближающегося праздника, я предвкушал проникновение свежего лесного воздуха в мою носоглотку!..

…Ожерелью глубоководных лесных озер под боком у нашего Города, мы были обязаны гигантскому леднику, который в стародавние времена, прошел по здешним местам. Чем уж там он ворочал, перемалывая все на своем пути, и, образуя вокруг, богатейшие залежи нефти, неизвестно, но только вот так получилось, что растаяв и взрастив в округе шикарные хвойные леса, он еще и оставил о себе память, выраженную в россыпи глубоких лесных озер. Вот на одно из таких озер, где вырос современный и достаточно большой туристический комплекс, мы и прибыли. Так сказать, наша местная экзотика…

…Какой-то особой организации процессов не было. Почти все сразу же стали «нагружаться». Я, поддерживая целостную праздничную атмосферу и начав с темного пива, в последствии перешел на водку… Даже Додик-Толик, вечно ковыряющий в носу дрищ, теперь вызывал у меня чувство трогательного умиления, потому я вместе с ним, и с его постоянным напарником Тимохой, редким пройдохой, присел за столик крытой веранды, и внедрил их, в общем-то неплохого казахстанского коньячку…

Так вот, в блужданиях, сначала от одного столика на веранде где сидели Мишка с Краном и еще с каким-то незнакомым мне Ринатом, разговаривающие, почему-то о каких-то язычествах и пророчествах в старославянской культуре, и переходя к другому столику, где пьяно целовались взахлеб, только что обнаружившие себя Лизка с дохлым Толиком, нагружаясь алкогольными суррогатами, я на какой-то очередной остановке, толи у бешеного костра в полнеба на берегу, толи головой на коленках у нашей старенькой бухгалтерши… пропал…

…Осознание себя как некую целостную абстрактную сущность психокомплекта, было иррационально противоречиво существу истинной природы бытия как такового меня. Мой, образно, «конь», «просил меня привязать по ветру». Но прежде, чем сформировалось это понимание, без хитростного желания, на грани сна и яви, я услышал окрик меня по имени: «Веня, ты должен верить! ТЫ! Можешь знать! Ты выбран!» Следом нахлынувшая волна пробуждения, смыла все голоса, оттенки и, тем более, слова, услышанные мной. Осталось, только тяжелая, похмельная память о ночном кошмаре…

Однако, в порядок себя привести было необходимо… Я, вопреки всему, решивший не опохмеляться сразу с утра, зашел в первый попавшийся свободный домик, нашел там санузел, открыл стандартный шкафчик, распаковал одноразовую зубную щетку из пакета, намазал невкусной зубной пасты, и минут пять остервенело терзал зубы… ну т.е. полость рта своего… Знаете, в это время у меня на реверсе в мозгу перекатывались из одного угла в другой некие слова, откуда они взялись, я тщетно не мог вспомнить, толи костер, толи кабак, хотя какой здесь вчера кабак… видимо, костер… Какой-то Хран с Нихой  долбили мне в голову: «… духи четырех стихий… рад вам… я так рад вам…»… Что за хрень? Приснится ведь ночью всякое…

…Я тогда потом, помню,  не утерпел с утра, голова сильно болела… подсел к Христофору (не спиваемый мужик наш, в возрасте уже), он все так же сидел и сосал свою трубку на табуретке у столика на причале, в точно такой же позе как и вчера после высадки, будто бы и не ложился. Он, видя мое состояние, верно ощутив ситуацию и поставив диагноз, открыл бутылку легкого светлого пива, и, буквально, вынудил меня выпить ее… На то он и Христофорыч наш! Понимает! Христос, говорят, тоже понимал! А тут Христофор! Понял он сразу состояние мое. И благосклонно так мне заявил потом:

— Веня, ты тут аккуратней… Ночью тут всякое творится… Осторожней ладно? Симпатии ты во мне вызываешь, потому как нормальный чел в этой конторе… Осторожней…

Я, понятно, его заверил о полном контроле над ситуацией и своей осторожной наблюдательности!

— Ну-ну… — услышал я в ответ…

Ну, а коль здоровье было поправлено, небо вновь стало, синим, жара на просторы наши вышла, стало быть, субботний день – предпоследний выходной – тоже веселым и праздничным приказал себя назвать!

Я тогда еще толком на сорокаградусную и не успел перейти. Она ко мне подсела и что-то спросила. Так как тут уже на плацу, «Либерти» не оставляло никакой возможности для нормальной звуковой понимаемости, то я просто ей дружелюбно кивнул.

— Как тебя зов…? – спросила она, перекрикивая шум барабанов. – Меня, зовут …ая Алка. А тебя как?

— Как? – переспросил я, половину ее слов не услышав. – Алка? Алла всмысле? Или Аля?

— Да-да-да! — видимо не расслышав и мой вопрос, ответила она. – А тебя как зовут?

— Веня! – машинально ответил я, а потом, осознав некую комичность такого ответа при знакомстве с девушкой, я поправился – Вениамин!

Я тогда, кажется, удивленно посмотрел на ее распущенные ниспадающие русые прямые волосы до пояса, и подумал, а как так она их носит весь день прямыми и красивыми? Потом, я просто утонул в ее синих глазах.

Тонкое вытянутое лицо. Ярко красная мини юбка, худые и почему-то бледные, без загара, но красивые ноги. Серебряная цепочка на шее. Босые ноги на земле. Остаток дня я провел с нею в беседах, смысла которых я уже не помню.

Я не помню, может быть, это я первым ее поцеловал, когда она слегка наклонилась ко мне, может быть, это она поцеловала меня первой, когда я, раззадоренный алкоголем второго дня, покачнулся к ней. Просто поцелуй был оглушающим, сладким и томительно терпким на вкус, как будто бы горечь июльской полыни смешали с майским свежим медом. Я поплыл по водам страсти…

Что потом?

…Кажется пристань на берегу озера с рядком лодок… Кажется Кран, тревожно смотрящий на меня и поглядывающий на Алю… Что-то он у меня настойчиво выспрашивал, нервно затягиваясь сигаретой, как будто бы что-то предчувствуя… что спрашивал, я тоже уже не помню… кажется я хамил и пытался краноматить… терпение кончилось… Кран махнул рукой, вспомнил какую-то Руну Края… и ушел…

…Когда человек, достаточно стремительно, попадает с тверди земной на неустойчивую поверхность водной глади, пусть и посредством транспортного водяного средства, он невольно впадает в ступор стазиса самостабилизации своего психокомплекта. Вот так и я. Выгреб  метров на двести от берега, посмотрел по сторонам и испытал детский восторг от радостного чувства познания нового, тем более находясь на водной глади рядом с интересующей меня девушкой…

Алка была со мной, она сидела в полутора метра от меня на носу лодочки. Блаженная близость и сознание нашего уединения приводила меня в нервное возбужденное состояние:

— Аля, — начал, было, я, но ее уста на моих губах заглушили мою фразу…

Апосля какое-то время, меня оторвали от источника блаженства, и расплывчатый мир вновь приобрел свои привычные черты.

Я достал пачку сигарет и, чиркнув зажигалкой, закурил. Алка отстранилась от меня и обиженно скривила губы. Я спросил ее:

— Не любишь табачный дым?

— Мы все его не любим. Это наследие Делмиша, врага Духа, вам людям…

По правую сторону борта что-то плеснуло, пошел бурун волны, и когда я перевел взгляд и сфокусировал его на происходящем действе, то я обомлел. На расстоянии семи метров от меня, в свете садящегося за горизонт светила, на меня смотрела из воды, мокрая русая женская голова. Ее немигающий взгляд обжигал и завораживал.

— Аля! Смотри! – крикнул я. – В воде! Женщина!

Я, было, кинулся спасать ее, но Алка меня остановила:

— Веня! Успокойся! Это Сестра моя. Ее время еще не пришло, но ей тоже очень хочется, да и любопытно, наверное…

— Кто? Сестра? Твоя? Чего она там делает, в воде-то? – все еще не понимал я ситуации.

— В воде моя Сестренка. Ей очень хочется, но сегодня моя очередь, потому она просто так не сдержанно наблюдает за нами.

— Чего? Твоя очередь? Какая очередь? На что? Что вообще происходит? – запаниковал я.

Я попытался встать в полный рост, но вдруг осознал, что затекшие ноги не слушаются команд, отправляемых мозгом.

— Веня! Я же говорила тебе – ты не слышал – я Русая Алька, я выбрана Духом для Продолжения. И ты был сегодня выбран, как Достойный. Тебе же должен был про это сказать Дух, когда ты спал!

— Погоди-погоди. Кто ты? Русая Алка? Какой дух? Какое продолжение? Что за достойный?

— Веня, разве ты не помнишь своей культуры и преданий своего народа? Мы Альки! Тебе должны были в детстве родители рассказывать про нас!

— Какие предания? Мои предки пахали на заводах по четырнадцать часов в день чтобы прокормить и вырастить меня с братом и сестрой… Какие Альки?

— Ну, раз ты ничего не помнишь и тебе любопытно, а мой поцелуй еще не подействовал, то я расскажу тебе.

— Поцелуй? Какой поцелуй?

— Мы древний водяной народ – Альки. Мы помним все, в наших генах хранится вся память наших поколений. Мы только не помним момент своего появления. Мы наблюдали становление вашего вида – от обезьян до сегодняшнего вашего состояния. Мы жили бок обок с вами, и мы использовали ваши гены для продолжения рода и развития своего вида. Время от времени Дух называл избранной одну из нас и указывал на Достойного в человеческом роде, и мы забирали его с собой в воду. Нашим генам нужен был мужской человеческий ген для продолжения рода. Так мы со временем научились охотиться на вас. От особи к особи, мы оттачивали свое мастерство, получая все новую и новую информацию. Мы приспосабливались и искали разные решения. Как охотник, в лесу оставляя приманку для поимки дичи, мы сами превратили себя в приманку для вас. Мы вырастили себе русые волосы, как и у древних русичей населявших в стародавние времена земли – чтобы стать похожими на вас. Приманкой-наживкой для охотника-воина-мужчины стало тело наше, очень похожее внешне на женское тело. Часть нательного покрова организма у нас всегда была ярко алой, с этим мы поделать ничего не смогли, зато приспособили яркий цвет под мишуру одежды. Потому вы и назвали нас сначала Русыми да Алыми, наш народ проживающий в водоемах, что есть суть Русыми Альками, а потом, после сотен лет шлифования вашего славянского языка, Русую Альку, упростили просто в Русальку. Ну, а современный люд, так вообще скатился до Русалки. При развитии языка, всегда происходят упрощения со временем.

— Смотри, — сказала она и, зачерпнув пригоршню забортной воды, плеснула себе на голые ноги.

Иррациональность происходящего, повергла меня в оглушающий ступор. Я смотрел и не мог поверить в видимое мною. Сначала с ее ногами, а потом и со всем телом стали происходить странные трансформации. Ее красная мини юбка, вдруг разошлась посередине, а открывшиеся под нею бледно-розовые ноги лишь отдаленно напоминали промежность женщины. Под воздействием воды, кожаная перепонка, соединяющая ноги у основания, стала расти сначала к коленям, а затем и к основаниям ступней. В итоге все это превратилось в нечто напоминающее хвостовое окончание туловища, как у тюлений или морских котиков. Нет-нет-нет! Никакой чешуи не было, не было и рыбьего хвоста. Бледно-розовое туловище со сросшимися задними конечностями, неведомого мне существа. С верхней части тела исчезла белая блуза, а вместо нее оголились большие груди, очень похожие на человеческие.

Я в очередной раз попробовал вскочить, но ноги меня не слушались, я с трудом поднял руку и попытался отогнать видение.

— Веня, не бойся меня. Я не морок. Я, в самом деле, тут. За тысячи лет мы хорошо выучили вас. Линия поведения Избранного тысячу лет назад и твоего сегодняшнего, мало чем отличается. Тебе не будет больно и ты должен гордиться тем, что ты станешь частью нашей памяти и дашь продолжение роду моему. И не пытайся встать. В слюне, переданной мною тебе при первом поцелуе, были дурманящие включения, а при втором поцелуе соединения, вызывающие паралич нервной системы. Мы совершенствуем свое мастерство от поколения к поколению, но пока полного и мгновенного паралича добиться нам не удалось. Но сейчас проще чем раньше, тогда приходилось еще и силу применять, в объятиях в воде, при сопротивлении тонущего мужчины. Действие парализатора не мгновенное, но надежное, немного терпения, и мы скоро с тобой Пойдем.

Я почувствовал, что руки перестали слушаться меня. В голове что-то кружилось, и маленькими молоточками стучала кровь по вискам. Сама глава моя пока крутилась, а язык ворочался, поэтому я спросил ее, отстраненно и еще не понимая, что это все происходит со мной:

— Так почему же вы тогда не истребили еще род людской? При таком раскладе человечество должно было кануть в лета.

— Почему? Не станет вас, не будет и нас. Разве можно рубить сук, на котором сидишь? Хотя, раньше, пока Дух не ввел ограничения, и взаправду было время, когда существование вашего и нашего видов было под угрозой. Мои сестры неконтролируемо плодились, ваших мужчин становилось все меньше и меньше на земле. А так как мы живем по три-четыре сотни лет, то ситуация в самом деле была угрожающей. Потому Дух и ввел очередность на Достойных. Сегодня выбор пал на меня и на тебя, а Сестре моей ждать еще пять десятков лет, вот она и любопытничает из воды на нас.

— Дух? Что за Дух?

— Дух – это часть мира. Дух везде, в каждом предмете и в каждом из нас. Дух в камне, дух в земле, в воздухе и воде. Дух – это то, что определяет все вокруг.

— Ничего не понял… Как же так получилось, что никто про вас не знает, чего вы творите тут? Давно нужно всех вас переловить и в клетки посадить! Видите ли, мужиков им подавай!

— Не мужиков, а лишь часть гена вашего, часть Х-хромосомы. А не знает никто… Так не было еще такого, чтобы Достойный избежал своей участи. А то, что нас иной раз видят рыбаки в воде, да люд с берега, вот все это и привело к небылицам, да легендам про нас. Рыбий хвост, чешуя… Мы близки к вам по геному.

— А откуда тогда миф о том, что русалкам по земле на ногах ходить, как по ножам?

— А ведь так и есть, если б не Охота на тебя на берегу, я бы никогда не вышла из воды! Трансформация тела на «женственную похожесть» очень трудна и болезненна. И хождение по земле оправдано, только необходимостью в Продолжение рода. Было бы проще, если бы ты сам в воду ко мне пришел. Я ждала почти сутки – ты не приближался, потом я сама пошла за тобой на берег.

— Так вы чего, только русских таскаете, раз ты говоришь, что славяне вас Русыми Альками окрестили, Русалками то бишь? А как же тогда заморские Русалки?

— Ну, заморских, просто, по другому, и окрестили! Но, то все – мы единый народ – Альки. Мы и в реках живем, и в озерах больших, и в морях. Мы храним Память о вас в себе.

— Ну, что… Вот и пора уже…

Она стала, медленно наклоняться ко мне, тянясь с поцелуем. Я хотел закричать, но гортань тоже вдруг стала не послушной и не подвластной. Пока она наклонялась, я с ужасом глядел в ее холодные, синие, не мигающие, такие не человеческие и всезнающие глаза, и никак не мог поверить в то, что это все происходит со мной…

… Все воскресенье Веню искала вся туристическая база. Штатные спасатели, персонал, отдыхающие. Потом приехала милиция и отряд быстрого реагирования министерства чрезвычайных ситуаций. Облазали все окрестности, и проверили эхолотами прибрежную площадь озера. Все безрезультатно. Тайга умеет хранить секреты, а большая глубина лесного озера ни дает никакого шанса вообще.

Кран разбил себе всю правую руку о сарай, молотя и проклиная себя за не содеянное. Молотил до тех пор, пока, наконец, Христофорыч силком не скрутил его и не влил в его желудок «полведра» самогона.

К вечеру воскресенья, вся контора с «прицепами» разъехалась в подавленном состоянии.

Как оказалось, при расследовании этого дела, кроме Крана, никто более не видел русую девушку, с которой, со слов Крана, провел половину субботнего дня Вениамин Васильевич Лоскутков.

Труп Вени, прибило к берегу через четыре дня, в двух километрах к северу от туристического комплекса. Патологоанатом, констатировал о том, что смерть наступила в следствии попадания воды в легкие – утоп другими словами. Наличие следов алкоголя в организме, поставило точку в деле о смерти Лоскуткова.

Патологоанатом, заваленный работой, и болеющий постоянным похмельем, даже не стал вносить в заключение о причинах смерти, пометку о наличии четырех небольших отверстий, в схеме ромба, в нижней затылочной части у реципиента, в области второго позвонка.

Русые Альки получили долгожданное Продолжение и часть знаний накопленных Веней за свою жизнь.

Где-то… когда-то… Дух вновь скажет очередной Альке, о наступлении времени ее очередности…

Метки: ,

Вникайя: "...а Мира Край - это просто ОООЧЕНЬ удачное название... немножко даже от буддизма что-то... на первый взгляд канеш... потом понимаешь что это просто перестановка привычных частей речи, а волшебное ощущение остается..."

You can skip to the end and leave a response. Pinging is currently not allowed.

Комментарии на пост «Русая Алка.»:

Всего ответов на пост: 6

psihogus

зато, какая пенся получилась! Судорожно!

ХА! ПЕНСЯ!!!! в глоссарий! В глоссариЙ!

Kran

Тока конеш весело… Но, ведь так и было, дуло пистолета,.. а потом Судорожно… хотите послушать акустике?

ну вот …еще один шаг в этом пути…СУДОРОЖНО!!!

Kran

…темно в дырке дула…

psihogus

Прочь плохие воспоминания!!!!!только позитив!!

Ваше слово...

Name (*)
Mail (*)
URI

Ваш комментарий:

*

code