Тайна Дома

Автор: Kran   
Зимобо́ра 25,
7524/2016

Лифт, lift, двери, тайна, дома

Глава I.

Я вошёл в лифт, развернулся внутри тесной каморки, облокотился о горизонтальный поручень на стене, нажал клавишу с цифрой «12» и стал ожидать закрытия раздвижных дверей. Нажимать на клавишу принудительного закрытия мне было лень. Всего-то подождать пару секунд. Воистину, лень – двигатель прогресса. В то же время, чем больше Человек изобретает и придумывает различных устройств, чтобы облегчить себе быт, тем больше он деградирует. Чем интенсивней и стремительней развитие, тем стремительней потом будет деградация. Лень правит миром. В смысле миром людей. В смысле движением человечества. Лень в смысле. Тьфу ты. Лень, а ещё окружающая действительность. Я всегда говорил, вот нафига обезьянам на юге там, в Африке, было умнеть и превращаться в людей? Ну, если мыслить, что человек от обезьяны произошёл. Солнышко светит, тепло, жратвы навалом, знай себе продолжай свой род, кушай с травы высокой бананы, да берегись хищников покрупнее и посвирепей. Нет стимула слезать с дерева, умнеть, да начинать землю обрабатывать. Другое дело северным обезьянам. Хочешь жить – умей вертеться. Холодно? Тут вот соображалка и должна была заработать, своей шерсти не хватает? Нужно взять чужую. Шкуру в смысле, да завернуться в неё. Так теплее. А это что такое после грозы ветки жрёт? Красно-желтое да колючее? А! От него ещё и тепло! Огнём наречено будет! А если ногу косули на этом огне подогреть-подпалить, то и кусать, рвать зубами плоть проще. Не, однозначно, стимулов на севере для развития у обезьян было больше. Нифига не с юга разуметь человек стал. А потом, как в процессе своего развития человек научился бороться с окружающим миром и обеспечил себе нормальные условия существования, вот тут-то лень и подключилась к делу. Зачем ходить на своих двоих? Будем ездить на ком-нибудь. Ага, вот! Конь. А потом и без коня обойдёмся. За конём же ухаживать нужно. Кормить там, чистить, мыть. Сделаем-ка мы лучше чудо-драндулет на колёсах, самодвижущийся и пусть он кормится керосином, даром, что ли этого дела навалом в земле. Надоело таскать воду в дом? Придумали, как подавать её – водопроводом! Сначала по каналам самотёком, а потом, как электричество обнаружили, так и на высоту – насосами. Вот. Надоело топить печку? Нет проблем, забабахаем себе центральное отопление. И так далее. Примеров масса. Или вот лифт. Ну, зачем тащиться по лесенке куда-то на верхние этажи? Кстати, настроили же себе жилищ многоэтажных – уплотнение на квадратные метры произошло. Тащиться, ноги натруждать. Вот и сделали механическое устройство, которое доставляет по моему желанию меня на необходимую высоту, в моём случае на двенадцатый этаж из двенадцати возможных, к моей квартире. А мне даже лень закрыть принудительно створки дверей – знаю же, через пару секунд закроются сами. Зачем тратить зря лишнюю энергию?
— Эй! Подождите!
Я машинально сунул левую ногу вперед. Закрывающиеся створки дверей лифта натолкнулись на подошву моего кожаного кроссовка и разошлись обратно, на какое-то время, убравшись в левую и правую стороны лифтовой шахты.
— Подождите меня!
Я ждал. Знал бы я, что в этот момент роковым образом меняется моя жизнь, будь она не ладна, я бы ни за что на свете не стал бы ждать этого товарища. Ко мне в лифт спешил запыхавшийся сосед с нижнего этажа. Я не помнил его имени. Наша двенадцатиэтажка была недавно построена, пару лет назад, а я сам в неё заселился только с год, потому не знал даже ещё соседей со своей площадки, не говоря про соседей с других этажей. Этого же, спешащего успеть в лифт товарища, я пару-тройку раз видел, разговаривать не разговаривал и лично знаком не был.
— Спасибо большое, — на выдохе выпалил мужчина, обдав меня несвежим дыханием и волной запаха кислого пота, после того как залетел в каморку лифта и за ним закрылись двери.
— Да, не за что, — тактично ответил я.
Нежданный попутчик по подъёму на верхние этажи высотки мне совсем не понравился. Маленькие глазки бегали, лысина блестела, низ затылка и виски покрывала редкая серая растительность. Низкоросл и тучен, если не сказать толст. Одет он был в белую, когда-то белую, а теперь серую, застиранную и замызганную футболку с намалёванным впереди флагом Мелкобритании, на ногах были старые застиранные синие джинсы и разбитые мокасины на босу ногу. Зубы у мужчины были гнилыми, а вот щеки – они светились румянцем, я подумал, что они пыхтели здоровьем, но я ошибся, буквально уже через несколько секунд, я понял, что щёки у мужчины горят от страха, мужчина был предельно чем-то напуган. Руки у него тряслись мелкой дрожью, правое веко подергивалось, сам человек сильно потел – в нос бил кислый запах страха.
— С Вами всё хорошо? Чем-нибудь помочь? Что-то случилось? – борясь с антипатией, которую вызвал у меня этот человек, спросил я.
— Ты Следующий. Прости. Так получилось. Теперь ты Следующий.
— Да? А чего уж и не предыдущий? Так сразу бы предыдущим и нарёкли бы меня, чего так вдруг следующий? И куда следующий?
— Нет-нет! Просто ты теперь Следующий. Ты прости. Вот, держи!
Человек сунул мне в лицо чёрный кожаный портфель и сказал извиняющимся тоном:
— Ты прости, я не смог, я был слишком любопытен. Ты спрячь это где-нибудь, в надёжном месте, не читай только! Это важно! Очень важно! Для всех важно! Но ты не читай, ещё не время. Я не сдержался, я посмотрел, краешком глаза всего, но этого стало достаточно. Они идут за мной.
— Кто они? Кто идёт? Что случилось?
— Друг, ты не читай. А ещё ты запомни нашу встречу сегодняшнюю, а лучше ты её запиши! И в портфель спрячь запись. Только не читай. А то они придут и за тобой.
— Слушай, дядя, пить меньше надо, шёл бы ты лесом!
— Да-да, я сейчас выйду, на одиннадцатом выйду. ТЫ сохрани портфель. Важно это очень. Я был Следующим, теперь ты Следующий. Сохрани. Только не читай!
— Да иди ты в баню и портфель свой забирай!
— Хорошо-хорошо! Прости!
Раздалась лёгкая трель, известившая о прибытии лифта на одиннадцатый этаж. Створки дверей раскрылись, мужчина, пятясь назад, почти выпал из лифта, я встревоженный и разгневанный одновременно проводил его взглядом, проследил, как двери закрылись, и повторно нажал на двенадцатый этаж, хотя в этом не было необходимости, автоматика лифта, запомнившая предыдущие команды, сама бы отдала команду на продолжение движения наверх.
Лифт поднял меня ещё на один этаж, на мой двенадцатый, а я обуреваемый противоречивым клубком чувств и ещё не понимая того, как мне реагировать на неожиданного попутчика в лифте, уже хотел покинуть тесную кабину, как вдруг увидел справа от себя, около своих ног этот злополучный чёрный портфель. Сначала я хотел сделать вид, что ничего не заметил, мол, меня ничего не касается, но потом, ведомый непонятными чувствами, я решил вернуть чемоданчик его владельцу. Вроде как тот им дорожил, а так как он вышел из лифта всего этаж назад, то, стало быть, был где-то недалеко и я имел неплохую возможность нагнать этого странного человека и вернуть ему его имущество.
Я взял чемоданчик и вышел из лифта. Двери за мной закрылись, и лифт пошёл вниз. Тут только я сообразил о своей оплошности. Нужно было воспользоваться этим же лифтом для того, что бы спуститься на этаж ниже, не стоило выходить из кабины лифта. Я тщетно жал кнопку вызова лифта, кабинка неслась вниз по другому вызову. Тогда я решил воспользоваться аварийной пожарной лестницей, благо в этих новых сериях многоэтажных домов, аварийная лестница проходила внутри здания, лишь на каждом этаже проходя через открытую, не застеклённую лоджию. Ни разу я ещё не пользовался сим девайсом новостройки. Пройдя сквозь коридор лифтового холла, я через двойной тамбур вышел на лоджию двенадцатого этажа. Чистые стены и не замусоренные площадки. Через лоджию, снова через двойной тамбур, на лестницу, ведущую на одиннадцатый этаж. На лестнице меня качнуло. Ну как качнуло, видимо, я очень сильно торопился и не рассчитал силы, посередине лестницы у меня помутнело в глазах, показалось, что под ногами проплыло тёмное облачко, я ступил в него при движении и потерял равновесие. Чуть не упал, с трудом сохранив вертикальное положение, я вылетел сквозь лестничную площадку и двойной тамбур на лоджию одиннадцатого этажа. Вылетел, для того, чтобы увидеть как недавний мой попутчик по лифту, оттолкнувшись от перил лоджии, прыгает вниз.
— А-а-а! – услышал я отчаянный вопль падающего человека.
Подбежав к перилам, я покрылся мокрой испариной. На моих глазах, человек падал камнем вниз, на землю. Порядка трёх секунд свободного падения с высоты одиннадцатого этажа. Мне показалось, мне только показалось, что я услышал хруст ломаемых костей при ударе тела о поверхность земли. Мозг человека будет ещё жить около десяти-пятнадцати минут, но это тело на земле, в неестественной позе, это уже труп.
Я, находясь в шоке от увиденного, инстинктивно огляделся по сторонам – никого вокруг не было – поспешно ретировался в свою квартиру. Чёрный чемоданчик я не посмел выкинуть или где-нибудь оставить. Чемоданчик остался в коридоре моего жилища, а я прошёл на кухню, предварительно закрыв входные двери на все засовы, открыл холодильник, достал бутылку водки, налил себе в чайную керамическую кружку с черной глазурью двести грамм, выпил, занюхал рукавом и поставил чайник на огонь. Нужно было подумать.

Глава II.

На четвёртом «гудке», на той стороне «провода» мобильного телефона, жизнерадостный и задорный молодой женский голос произнёс очень серьёзно в трубку:
— Да, я слушаю! Кто это?
Я радостно улыбнулся, представляя, как моя Маша мило хмурит брови, изображая деланною серьезность, будто бы не узнав моего номера, и ответил:
— Маша, привет! Это Женя. Я очень рад тебя слышать!
— А-а! Женечка, привет! Я тоже рада тебя слышать. Как ты?
— Всё хорошо, дела идут.
— Далёко?
— Хм-м, лесом.
— Понятно, как статья?
— Которая?
— Ну, очередная, скажем.
— Работаю.
— Понятно, Жень! Ну, рассказывай.
— Маш, да я звоню предупредить, ты меня не теряй на выходных. Я хочу архив дяди Вовы разобрать, телефоны отключу, чтобы не отвлекали. На даче у тёти Оли буду.
— Жень, хорошо, да, поняла. Давай, разгребай завалы пыльные, да, бумаги серые, возвратай память древнюю, да, особую!
— Ага! Смеёшься надо мной?! Только там не рукописи, там, в основном фотоматериалы, дядя же фотожурналистом был.
— Да-да, я помню, это я так стебусь немножко. Грустно, что не увидимся, но ничего, я тогда к родителям в Ступино съезжу.
— Маш, ты прости, я давно собирался.
— Женя! Женечка, всё хорошо, я поняла, давай, работай. Целую.
— И я тебя.
Соединение разорвалось.
Я выдернул из розетки стационарный телефон, а мобильный перевёл в бесшумный режим, оставив его во внутреннем кармане своей кожаной куртки, которую затем повесил на крючок вешалки в прихожей. Вечер текущей пятницы, я против своего обыкновения, решил провести в одиночестве, собравшись таки разобрать архив моего дяди – Владимира Карпова, бывшего фотожурналиста журнала «Вокруг Света», и печатавшегося в этом же журнале под псевдонимом Григорий Тёмкин в разделе «Повесть». Бывшего – потому, что дядя умер в 89-м году, разбился, попав в автомобильную аварию. А тётя Оля, жена моего родного дяди Вовы, прошлым летом делала ремонт на даче в Подмосковье и нашла в чулане картонную коробку – архив дяди Вовы и отдала её мне, так сказать по наследству. Ведь я тоже имел к журналистике непосредственное отношение, будучи сам по профессии журналистом-фрилансером. Вот, целый год руки не доходили разобрать архив дяди Вовы, а тут, вдруг, вчера вечером решил, брошу всё и переберу материалы из дядькиной картонной коробки. Не то, чтобы я там чего-то хотел найти интересное, просто отдавая дань памяти родному дядьке, и будучи по определению педантом – не люблю бардака и завалов – я задался целью навести порядок в архиве.
Вечерело. В конце апреля ещё рано смеркается. Я наделал себе несколько бутеров с копчёной колбасой – готовить ужин на одного не хотелось совсем – откупорил бутылку тёмного и торопливо вывалил содержимое картонной коробки на ковёр в гостиной – дабы уже не осталось пути к отступлению по разбору материалов.
Как и следовало ожидать, содержимое коробки, в основном, представлялось фотографиями – дядька же фотожурналистом был – и пленочными негативами в чёрных тубусах-контейнерах. В те далёкие восьмидесятые, снимали на плёнку, по-взрослому, не то, что сейчас в цифре – на «цифромыло». Значит это, что каждый кадр, каждый снимок был выверен, с точностью до мелочей, поставлен, «создан», а лишь потом снят. Каждый фотоснимок рассказывал о своей особенной стороне жизни. Будь то черно-белый снимок, или уже пожелтевший от времени снимок цветной.
Были здесь фотографии и из командировок дяди, из Центральной и Южной Америк, и из Восточной Азии, и из Африки, где только не мотался дядька по своей работе, и были в коробке домашние, семейные фото.
Рукописных заметок было немного, как я понял, изучив содержимое коробки в первом приближении, в основном комментарии к снимкам. Отдельно же, сразу, моё внимание привлекла обычная картонная канцелярская папка, завязанная тесёмочками на бантик. Папка была обычной – просто на её поле данных было жирно намалёвано химическим карандашом только одно слово: «Сиртя».
Я заинтригованно и торопливо развязал шнурки на папке, почему-то испытывая необычное волнение, и погрузился в изучение содержимого.

Продолжение следует…

Метки: ,

Вникайя: "...а Мира Край - это просто ОООЧЕНЬ удачное название... немножко даже от буддизма что-то... на первый взгляд канеш... потом понимаешь что это просто перестановка привычных частей речи, а волшебное ощущение остается..."

You can skip to the end and leave a response. Pinging is currently not allowed.

Комментарии на пост «Тайна Дома»:

Всего ответов на пост: 2

Ступино…знакомые названия)))
ТАк — все здорово,Серег! Не много напрегся на описании момента, с лифтом отъезжающим, и ГГ решающим проблему спустится вниз без лифта. тут у меня 2 варианта… либо я не видел просто таких проектов домов, где тока лифт есть, а лестница только пожарная, либо это просто немного фантастическая тема, где описанное — есть выдумка\задумка автора.
А вот насчет преобразования сев.обезьян и южных — круто! Оч хорошая идея! даже логичная! мож и не твоя, и может все о ней знают акромя меня, но мне нравится очень она! Идея!!! Брат, жду! продолжения!

Мне понравилось, заинтригован. Продолжай! *THUMBS UP*

Ваше слово...

Name (*)
Mail (*)
URI

Ваш комментарий:

*

code