Настя. Рассказ. Продолжение.

Автор: Kran   
Че́рвеня 19,
7521/2013

гроза, берёза, рисунок, луг, тучи, настя, владыка, тёмный

4.

Мы вышли к реке. Как в кино. Вышли к плавной излучине, берег слегка приподнят, река внизу, на пригорке стог сена. Как в кино, как по заказу.

Яркая Луна освещала всё вокруг, слегка затеняя яркое звёздное небо, но на востоке можно было уже угадать зарождающуюся полоску рассвета.
— Насть, заночуем тут? Я не знаю куда дальше идти…
— Саш, конечно, давай. Вот и стог сена как раз. Я с детства мечтала поспать в стогу.
— Угу…
— Ты всё ещё злишься?
— Да, нет же. Не злюсь. Грустно просто на душе. Я думал, он расскажет мне про всё, а так это же общие фразы только. Будущее! В настоящем! Зря всё затеял, ты вот за мной увязалась… Расстроился чуть.
— Ты не переживай, давай поедим, да спать завалимся. Помнишь? «Утро вечера мудреней»!
Улыбаюсь:
— Да-да, помню. Только там при прочтении ударение неправильно ставят всегда, а при написании букву «ё» на «е» безбожно меняют.
— Смешно.
Наська запалила светильник из моей котомки и стала неспешно ревизировать провизию и припасы из своего рюкзака:
— Огонь организуешь?
Вот так, не «костёр», а «огонь». Ох уж мне эта иносказательность:
— Да.
Причём ведь я сразу понял, что она под «огнём» имеет в виду «костёр», а не маленькую походную газовую плитку. Плитку-то, не нужно было организовывать, её нужно было просто зажечь. А вот костёр, его было нужно организовать.
Сходил к недалеко расположенной берёзовой рощице у оврага, принес три охапки берёзового валежника, в три захода и запалил огонь. Потянуло дымком.
Каждый костёр имеет свой вкус. Точнее запах, но наряду с визуальной составляющей, запах определяется как «вкус». Тем более Здесь. Всё дело в источнике топлива для костра, в дровах.
Сосновые поленья, дают тяжёлый маслянистый аромат дыма при сгорании, его ни с чем не перепутать. Дрова горят быстро и жарко, пощелкивают, сухо потрескивают. Тепло на душе и спокойно.
Особенно горит речная ива. С такими кострами у меня связаны воспоминания из детства, когда мы ходили с отцом на рыбалку на заливные луга в конце лета. Особые стойкие тёплые ассоциации. Ива для костра, как правило, «топляк» вынесенный рекой на берег, редко очень когда сухостой. Так сложенные в костёр мокрые брёвна горят, тлеют всю ночь, при условии, что костёр нужно подправлять всегда, подкладывать более мелкие ветки и веточки. Шипят, окутываются клубами пара, шкворчят, в темноте рисуют причудливые яркие оранжевые узоры огненными углями. Дым от такого костра специфичен. Он несёт в себе запах реки, свежего ветра, простора заливных лугов, гнили маленьких болотных луж и плодоносного ила. Странный, особенный вкус у такого костра.
А валежник березы горит по-другому. Смолы в древесине нет, зажечь лучины берёзы труднее, чем лучины сосны. Дым пахнет Солнцем, зеленью леса, темнотой чащоб и лесными ягодами. Мне так всегда казалось. А вот смотреть на то, как обугливается, чернея, белая береста в огне костра на полешках – грустно как-то. Мне всегда становится тоскливо, когда горят березовые полешки в костре. Почему-то всегда появляется предчувствие грозы скорой, летней, ночной, стремительной и тёмной, появляется всегда, когда горит костёр из берёзовых веток.
Мы перекусили нехитрой походной едой и любовались костром. Огненные искры, отделяясь от языков пламени и тускнея в темноте, подымались в небо.
— Настя, спой мне свою песню.
— Какую, Саш?
— Ну, ту, которая тебе во сне пришла.
— Ты, хочешь?
— Да.
Настя запела. Сначала легонько, чуть слышно, на уровне шелеста трав в поле, потом, по мере развития песни её голос набирал силу, становился громче, слова отчётливей, но смысл фраз всё равно ускользал от сознания. Будто бы и все слова знакомые, а вот о чём в песне поётся – непонятно. Я был готов к такому раскладу, я слышал эту песню уже не единожды и знал, что нужно закрыть глаза и пытаться почувствовать – слышать песню не ушами, а возникающими в голове образами.
Хлеб. В поле колосится хлеб. Она идёт сквозь поле, ладонями гладя колоски. Полуденная жара. Она знает, что он найдёт её. Впереди река и свежий ветер с реки.
Цветы на лугу. Цветы сплетают руки девичьи в венки, венки на воду, губы шепчут заговоры на воду, река несёт венки и слова.
Костёр. Костёр ночной, большой да жаркий. Юноши и девушки прыгают через этот костёр. Мир полон смеха и настоящей, безудержной радости.
А вокруг в лесах повсеместно цветёт не цветущий папоротник.

5.

Настя лежала подле меня на локтевом сгибе руки моей левой руки, ладошку которой я закинул себе за изголовье. Настя спала. Моя Настя – она нежна и прекрасна. Лада моя.
Мы легли спать в стог сена уже под утро, я проспал от силы час, как мне показалось, что я проснулся, как будто меня что-то разбудило.
Меня разбудила тревога.
Погода разительно изменилась. Встающее ясно Солнышко закрыли тяжелые свинцовые тучи. Поднялся ветер, ветер мял травы на лугу порывами, волной с реки лизал песок на берегу. Непогода.
Тревога вызывалась непогодой. Я осторожно высвободил локоть из-под головы Насти, стараясь при этом не разбудить её. Укрыл своей курткой. Поднялся, с тяжёлым сердцем осмотрелся вокруг. Потом заглянул дальше.
На краю березовой рощицы увидел фигуру. Тёмная. Злая. Я ощущал холод, веющий от этой фигуры даже на таком почтительном расстоянии. Капюшон на лицо, руки раскинуты в стороны на высоте плеч. Крестом стоит. Волшбу творит. К бабке не ходи. Ходили же к дедке. Тёмную волшбу. Злую. Чую. Носом, кожей, разумом. Мешать нужно, сопротивляться.
Инстинктивно нарисовал перед собой прозрачный круглый щит из пластика диаметром метра три и на удалении пяти метров от себя.
Остановить ветер порывами и потоки наговоров фигуры.
Ветер, облизав внешнюю сторону пластика, перекатился через края щита и вновь понёс потоки заговоров ко мне. Заслезились глаза. Руки тяжелы стали. В носу засвербило и я перестал различать запахи. Мысли стали медленными и тягучими.
Тогда я разозлился и, напрягая воображение, представил перед собой огромную, вертикально ориентированную прозрачную полусферу из своей воли, полусферой прикрыл себя, Настю, стог сена, костер, часть берега, часть реки. А прозрачным щитом, не глядя, укрыл мою Настю.
Ветер, изменив направление от удара о препятствие, стал срываться с краёв полусферы и, турбулентно закручиваясь, свирепеть позади нас. Я захотел повернуть голову и посмотреть на Настю, как там она, но в этот момент, с того участка реки где вода была внутри моей полусферы побежал тёмный холод к моим ногам, взметнулся по насыпи, жадно с шипением сожрал тепло костра, тронул мою левую ступню. Я упал на колено. Зашипел от холодной боли. Со стороны Тёмного вдруг на полусфере моей воли почувствовал пульсирующие толчки. Видоизменённое самосознание интерпретировало толчки в слова: «Пят, пят, раз, пят, раз пят, раз пят». Сила толчков линейно нарастала с каждым ударом. Я вырастил на поверхности полусферы воли многослойные вертикальные шипы по всему периметру, во множестве и очень тесно. При очередном ударе толчка почувствовал физическую боль атакующего, то-то же. Режущая кромка шипа коверкала слова толчков на свой лад и, придавая ускорение, отправляла в контратаку отступающий фронт толчка на самого врага. «Рад, рад, я рад, я Род, Ярило Я».
Однако темный холод уже в это время добрался мне до колен. Я рухнул наземь, лицом вниз, ног я уже не чувствовал. Сыра-мать-земля. Я к ней обратился за помощью. Но на рассвете, когда Солнца тепло ещё не согрело после ночной темноты мать землю, она не могла мне помочь. Я забрал в себя все стебли трав, что попали в мои объятия, я призвал всех насекомых в траве, я взял из себя неприкосновенный запас жизни, я поднял голову над тёмным холодом и посмотрел на мою Настю. Сфера воли моей поежилась и сникла, в четырёх местах в ней сияли рваные дыры по три обхвата каждая. Настя моя… Наська… Она исчезала… Прозрачный, пластиковый и не ломаемый щит, лежал рядом с Настей, разломленный пополам.
Она грустно смотрела на меня, грустно улыбалась и исчезала в тумане утреннем. Растворялись её одежды, я не мог пошевелить телом, стирались её божественные формы… я силился раскрыть свой разум происходящему, но не мог… стирались её черты на лице…. Я внутренне кричал в бесконечность силясь открыть рот в крике… Последними угасли её родная улыбка и глаза… Я пришёл в бешенство. Но что было моё пустое бешенство по сравнению с силой креста-фигуры. Я врастал в землю матушку. Погружался в неё. Травами пил соки родные, насекомыми строил место секретное, прятал главное в месте укромном на берегу у изгиба реки. Прятал, чтобы сохранить, утаив от Тёмного. Плакал. Стонал. Кричал. Ругался. Проклинал. Но никто не слышал уже. Ибо не было у меня рта и лёгких уже. Хотел рыть руками землю, но у меня не было и рук уже. Ног не было, чтобы встать.
Ненависть, во мне поселилась ненависть к чужаку. Я прорасту назад, веками лет вернусь к Солнцу и я отомщу… Настя… Моя Настя… Наст…я.

6.

Прохладная рука легла на мой горячий лоб. Нежные губы тронули висок, я открыл глаза и судорожно вдохнул воздух полной грудью. Кажется, потом я закричал.
— Саша, Солнце моё, всё хорошо. Это только сон. Это был всего лишь сон.
Я с ужасом уставился на мою Настю, которая лежала рядом со мной на кровати и пыталась успокоить меня. Занавески на окне уже тронули первые лучи восходящего Солнца.
— Настя, это ты? Ты не исчезла? Ты не туман? Ты настоящая?
— Саша, родной мой, тут я. Всё хорошо. Настоящая я. Наст’я же меня зовут. Это же значит, что НАСТоящая Я.

Метки: , ,

Вникайя: "...а Мира Край - это просто ОООЧЕНЬ удачное название... немножко даже от буддизма что-то... на первый взгляд канеш... потом понимаешь что это просто перестановка привычных частей речи, а волшебное ощущение остается..."

You can skip to the end and leave a response. Pinging is currently not allowed.

Комментарии на пост «Настя. Рассказ. Продолжение.»:

Всего ответов на пост: 15

о как завернул! классно!
за вкус костра отдельный респект!

ах да, а еще прикольно было представлять себе картинки битвы с Тёмным *THUMBS UP*

Пасиб! ;)
Про костры я сильно сомневался, оставлять их тут или нет. Вот оставил пока.
Про картинки битвы — ужасть как хотелось быть непохожим уж слишком, изобразить чуть по другому, без «файерболов» и пр. Интуитивно чувствую, что так вот, наскоком сразу и не прописывая «бой» отдельно, соригинальничать не получилось. Всё равно к защитной сфере/полусфере скатился)))) *CRAZY*

лирическое отступление про костер занимает свое достойное место в рассказе.
думается мне каждый старается писать с претензией на оригинальность. в наш век достаточно трудно придумать что-то оригинальное, я опять же со своей колокольни сейчас разумею, много в этой стезе мне неведомо, специально не интересовался вопросом. но тут как в восточных единоборствах (фильм вчера просто смотрел, там кроме драк много всяких мудростей эти каратисты изрекают), так вот, подобно единоборствам, пока ты не попробуешь много разных существующих стилей, ты не сможешь «с нуля» придумать свой стиль, иными словами, от чего-то так или иначе придётся отталкиваться…
еще один момент, я об этом думал много в своей жизни, ведь ни ты, ни я не придумали ни одного слова в своей жизни, а если может быть даже и придумали, то никому это не надо, уже придумано всё в достатке. из этого следует что всё сказанное нами — это повторение чьих-то слов, что бы я ни сказал, я повторяюсь, какие есть варианты стать оригинальным? вариативность образов, подходов, игра слов и чем больше тренировки — тем искуснее (оригинальнее?) повествование. и если скатиться к полусфере это неизбежно, то стоит подумать, как к ней можно скатиться… ветиевато излагаю, тот фильм видимо оказал на меня некоторое воздействие. суть — цель одна, пути разные *CRAZY*
вишь я тоже еще тот писатель, ходил кругами вокруг сути, потом воды по щиколотку налил и «вуаля!» пустослов оказался, слов много, дела в них не видно *LOL*

FuntEG:
…еще один момент, я об этом думал много в своей жизни, ведь ни ты, ни я не придумали ни одного слова в своей жизни, а если может быть даже и придумали, то никому это не надо, уже придумано всё в достатке. из этого следует что всё сказанное нами — это повторение чьих-то слов, что бы я ни сказал, я повторяюсь…

Точно. Я тоже об этом думал, прям такими же фразами. Прям точно также. Про всё уже было говорено не единожды.

Nika

Будущее -в НАСТоЯщем. ЗдОрово. «Мозаичный» такой рассказ: из отдельных эпизодов — таких разных и наполненных многочисленными деталями и смыслами — складывается общая, интересная, целостная картина. Снова пропитано всё любовью к исконно русскому — твоя тема)
Про костёр не сомневайся — присоединяюсь к Ринату и голосую «за», так что прислушайся к читателю ;) Эпизод с песней тронул. Отдельное спасибо за гл.6 — нам, сентиментальным деичкам, счастливая концовка важна очень)

Спасибо! =)
За гл.6 — пожалуйста. Я к ней и выводил косноязычно, мол приснилось всё. А во сне могут же присутствовать разные фантасмагоричные и труднообъяснимые вещи.
«Мозаичный» рассказ и «такие разные эпизоды» — это к тому, что видно, что рассказ писался в разное время и в разном эмоциональном состоянии?
Ну, после написания первого эпизода, пришло понимание о том, куда хочу привести всё это дело. Поэтому, да, эпизоды писались в разное время. Но сам такой вариант, из кусочков-эпизодов — это я так сознательно сделал.
Кстати, сам чувствую, Настя в начале, она больше как друг, подросток что ли показана. А в окончании как Любимая. Противоречие тут. Но с другой стороны, чем и хорошо объяснять — это же сон у него такой, так вот приснилось значит))))

продолжение? *BRAVO*

Ты думаешь нужно дальше тему развивать? Там в продолжении очень всё сложно получается. Многое придёться увязать и объяснить.
Или ты к тому, что реванш с Тёмным должен состояться?

не, я как бы не понял что рассказ уже закончился, поэтому и вопрошаю

Хы-хы.
А рассказ-то да, закончился. Проснулся чел после кошмара, а Любимая рядом. Та которая Настоящая и в которой будущее его. Вот и хорошо всё, вот и славно!

Chingiz

))) и хорошо все. И славно.

Нет, так-то рассказ закончился на этом, но в целом продолжение-то может быть. Мысли-то есть же.

Chingiz

«Когито эрго сум». Мыслю, а значит существую.

Просто Настя — она же настоящая.

Ваше слово...

Name (*)
Mail (*)
URI

Ваш комментарий:

*

code