Льдинки — бусинки. Часть третья.

Автор: Kran   
Сту́деня 29,
7519/2011

…Я вслушиваюсь в звук ее голоса и чувствую себя до ненормальности счастливым. Произошедшее со мной, кажется мне далеким и отчасти выдуманным, как и вообще все, что было до встречи с девицей. Теперь я точно знаю, как ее зовут. Имя моей любимой – Снегурочка. И я вспомнил теперь о том, что случилось со мной в прошлую новогоднюю ночь.

А. Страж, С. Кран

Глава 5.

 Ровно один год назад, в квартире у Лехи.

…Вдруг, очень неожиданно, мне захотелось мандаринов. Желание съесть эти вкусно пахнущие фрукты, рождающиеся не на нашей земле, было таким сильным, что скулы вдруг нестерпимо свело. Мозг напомнил мне их вкус, и слюна во рту выделилась непроизвольно. Я судорожно сглотнул. И в самом деле! Какой Новый Год без мандаринов? И почему только, мы их не купили загодя?

— Мужики? А у нас мандарины есть? – спросил я у своих друзей.

— Жека! Какие, нафиг, мандарины? Наливай, давай! – откликнулся Вовка.

По телеку, какая-то наряженная в новогодние декорации деваха, пела про новое счастье в новом году.

— Нет-нет! Как без мандаринов? Это же не Новый Год иначе! – возмущаюсь я. — Я погнал в магаз!

— Женька, на кой?! Сидим, празднуем! – это Леха меня останавливает.

— Не! Я пошел!

Желание съесть мандарин, стало совсем нестерпимым. Я быстренько надел верхнюю одежду, бросил на ходу ребятам, что-то типа: «Я скоро». И вылетел на улицу. На часах было без четверти час ночи. Первой ночи в этом Новом Году.

Я вылетел из подъезда, на ходу застегивая молнию у пуховика. С неба падал тихий и мягкий снег, большими лохмотьями. Мороз был не большим, так, градусов десять. На улице вовсю шли народные гуляния. Люди смеялись и пели песни. Везде подрывали петарды и запускали праздничные фейерверки. Уличное освещение, по случаю Нового Года, еще не отключили – повсюду мигали разноцветные огни. В воздухе чувствовался настоящий запах праздника, а новогодние настроения, казалось, были физически реальными и ощутимыми.

По дорогам с завидным постоянством, пробегали машины такси. Другого автотранспорта не наблюдалось. Вот кто до самого утра будет «зашибать» копейку – таксисты. Всегда с сочувствием думал о тех людях, которым приходилось по долгу своей службы или по необходимости, дежурить или работать в канун Нового года. Все гуляют, празднуют, радуются, а ты работаешь!

Я прошел пару сотен метров до круглосуточного магазина, улыбаясь идущим мне навстречу, тоже улыбающимся, людям. Магазин был ярко освещен и мигал световой иллюминацией. Поднялся на празднично разукрашенное крылечко, протянул руку, ухватился за ручку стеклянной наполовину двери, украшенной изнутри бумажными снежинками, и, потянув дверь на себя, шагнул внутрь.

Шагать я начал в переходной тамбур магазина, а вот уже завершал свой шаг, я в каком-то другом, полутемном помещении. Дверь за мной стала закрываться, увлекаемая доводчиком. Я хотел, было обернуться и посмотреть на закрывающуюся дверь, как в этот момент, что-то очень больно ударило меня с левой стороны по голове, и я провалился во тьму беспамятства.

Сколько времени я провел в бессознательном состоянии, я не знаю. Придя в себя, я схватился за ушибленную голову и громко застонал. Голова разламывалась на части от очень сильной и дергающей боли. В том месте, где я схватился за голову руками, прощупывалась большая шишка – с перепелиное яйцо. Боль пульсировала и дергала мое сознание. Я с трудом открыл глаза и огляделся. Моё тело лежало на грязном полу в каком-то полутемном небольшом помещении. В помещении было две двери, одна эта та, через которую я вошел, а вторая располагалась в стене напротив первой двери.

Я с трудом поднялся на ноги. Меня колотил крупный озноб, лежа в беспамятстве на полу, я очень сильно охладился. В комнате никого боле не было. Свет давала тусклая лампочка, светящаяся в полнакала, болтающаяся на проводах в углу помещения. Окон не наблюдалось в принципе. Видимо, тот, кто меня ударил по голове, вышел через одну из имеющихся дверей. Я достал мобильный телефон и посмотрел на его экран, в надежде узнать время, не тут-то было – экран телефона был мертв. Я подумал, что просто села батарейка, и попытался включить его, но безуспешно. Телефон не реагировал на мои попытки. Но то, что телефон лежал на своем месте в кармане пуховика, а также то, что и мой бумажник тоже покоился в сохранности, говорило о том, что меня ударили по голове не с целью кражи.

Я подошел к входной двери и попытался открыть ее, толкнув в сторону выхода. Дверь не поддалась. Она оказалась запертой, более того, я входил в магазин через дверь с прозрачным стеклянным верхом, а эта же дверь, была сплошной и металлической. После нескольких безуспешных попыток открыть створку двери, я плюнул на это дело и пошел к другой двери.

Вторая дверь была деревянной, старой и хлипенькой, вся в разводах от растрескавшегося лака. Она была не запертой, я потянул за деревянную ручку и заглянул в проем. За дверью был длинный пустой коридор, несколько маломощных лампочек выхватывали странные картины в разных местах коридора. Странные потому, что все стены этого помещения и весь потолок – были разукрашены инеем, изморозью, двух-трех сантиметровой длины. Пол коридора был покрыт льдом и снегом. Кроме изморози, льда и снега, ничего более в этом месте не было. Конец коридора терялся в полумгле.

Я, подумав несколько секунд, ступил на скользкую поверхность пола и пошел вперед, в надежде найти выход в этой полумгле. Метров через триста, коридор закончился, упершись в деревянную дверь, точную копию той двери, через которую я проник в этот коридор. Решительно распахнув ее, я открыл рот от увиденного зрелища.

Дверь открылась внутрь… огромного зала, огромного сказочного зала, такие залы я никогда не видел в своей жизни. С высокого потолка, теряющегося наверху, свисали гигантские сосульки — сталактиты. Стены зала были из непрозрачного синего льда и были не гладкими, а все в морозных узорах и ледяных наслоениях. Свет лился откуда-то сверху, его источник был рассеян и не виден. Посреди зала наблюдался залитый ледяной и ровный каток. На поверхности катка что-то находилось, отсюда, издалека, невозможно было разобрать, что именно. Дверь выходила на небольшую площадку, от которой вниз вела широкая пологая лесенка, вплоть до самого катка.

А самое главное, что впечатляло и вызывало удивление – это фигуры… нет… тени?.. образы? Тени разных предметов наполняли этот гигантский ледяной зал. Зеркальные тени, как будто бы я видел в зеркале не сами предметы, а их рельефные, эфемерные, размытые и дрожащие контуры. Здесь были тени самых разных предметов – велосипедов, лыж, детских ведер и лопаток. Игрушечные машинки всех сортов и размеров, разнообразнейшие куклы и коляски, платья, сабли, мячи. Компьютеры, приставки, разнообразнейшие сладости и кушанья и пр. Все это лежало на полу и переливалось искрящимися ледяными огоньками.

Я шагнул в зал, оторопело, глядя на это разнообразие и этот кажущийся хаос. Изумленно смотря по сторонам, я стал спускаться вниз по лестнице.

Добравшись до катка, я изумился еще больше. На зеркальной, ледяной поверхности стояли сани с широкими полозьями, в сани была запряжена тройка белых коней, кони нетерпеливо переминались с ноги на ногу и постоянно фыркали. У них из ноздрей валил густой пар, быстро рассеивающийся в окружающем пространстве. Около саней, на небольшой деревянной табуретке сидела девушка, чуть наклонившись вперед и закрыв руками лицо, опираясь локтями рук на свои колени. Девушка еле слышно плакала, вздрагивая в легком ознобе. Из под её рук, по щекам стекали маленькие капельки слез, и еще не успев оторваться от кожи лица девушки, слезы превращались в шарики-льдинки, а, падая на поверхность катка, они мелодично звенели, ударяясь о лед.

— Эй! – тихонько позвал я девушку. — Ты чего плачешь-то? Помочь чем?

Девушка резко вскинула голову и посмотрела на меня. Её синие-синие большие глаза широко раскрылись от удивления и уставились на меня. Девушка от неожиданности перестала плакать и чуть приоткрыла рот в немом, то ли ужасе, то ли недоумении. Потом она вскочила с табурета и замерла в напряженной позе.

Через несколько секунд я не выдержал и спросил:

— Ты чего? Случилось что? Что с тобой?

Девушка была одета в крытую шубку голубого цвета до колен, расписанную белыми завитушками и сложными узорами, отороченную по полам и бортам, а также на рукавах, каким-то белым мехом. На голове у девушки была синяя меховая шапочка, тоже с белыми пушистыми меховыми включениями. На ногах белые, войлочные сапожки. А из под шубы торчало синее шерстяное платье до самого пола.

Глаза. Самыми выразительными на ее лице, были глаза – большие-большие и синие. Не голубые, а синие. Холодные и обжигающие. И грустные. А сейчас, еще и заплаканные. Лицо чистое и открытое, бледного цвета, худое и продолговатое. Губы похожи на нежные розовые лепестки каких-то цветов. На щеках угадывались ели различимые ямочки.

А еще волосы – волосы были неестественно белого цвета, не седые, а именно белые, цвета только что выпавшего снега – собранные в косу, перекинутую через плечо. В целом девушка выглядела очень необычно, не традиционно красиво, а магически притягательно и холодно одновременно. И еще – она мне кого-то напоминала, а вот кого, я не мог сообразить.

Девушка все смотрела и смотрела на меня. Пауза стала затягиваться, девушка внимательно изучала меня, а потом она выдала несуразицу:

— Так не бывает. Такого просто не может быть. Кто ты? И что ты ЗДЕСЬ делаешь?

— Я Женя, я шел в магазин… за мандаринами… зашел… по голове… там… тут… меня… — запутался я в словах и в стремлении поскорее объяснить всё.

— Ну-ну, а интересно, что ты видишь вокруг? – вдруг спросила меня эта девушка.

— Я?

И я принялся ей рассказывать о том, что я вижу зеркальные тени, стены, сталактиты, каток, сани, ее и пр. А она смотрела на меня, не мигая, своими большими синими глазами, и я не знал, куда мне подеваться от её взгляда.

Потом она подошла ко мне, и коснулась рукой моей шишки на голове. Я ойкнул от боли, но в ту же секунду, боль из головы ушла совсем, а по телу разлилась волна бодрости и свежести – усталость как рукой сняло, а шишка на голове, она очень быстро рассосалась.

— Странно, и в правду человек… — обрадовано удивилась девушка.- А ты может, еще и Дедушку видишь?

— Какого дедушку? – переспросил я.

Она, молча, показала рукой в сторону саней. Я проследил своим взглядом в том направлении – ну, сани как сани, никакого деда. А потом, присмотревшись, я увидел за санями глыбу прозрачного льда, а в центре этой глыбы, находился застрявший во льду старец.

— Вижу глыбу льда за санями и старца в этой глыбе.

— Интересно ты все интерпретируешь. Знаешь, ты вообще первый человек, который проник в мешок Деда Мороза. И не просто проник, а еще и живым остался, и видишь здесь определенные вещи, только вот мозг твой эти вещи странно интерпретирует, все немного не так есть, как тебе видится.

— Какой мешок? Какого Деда Мороза? – я снова перевел взгляд на глыбу льда, и обомлел. В центре неровного по краям, огромного куска льда застыл и в самом деле Дед Мороз. То есть некто, выглядящий именно таким, каким мы привыкли видеть и изображать главного новогоднего героя.

Огромная, богатырского типа фигура, что называется косая сажень в плечах. Большая синяя шуба до пят, расписанная завитушками и узорами, подшитая белым пушистым мехом в разных местах. На ногах белые валенки. На руках большие, теплые варежки. На голове сине-белая шапка боярская. Белая борода до пояса и усы в пол лица. Над глазами белые густые брови. Шуба подпоясана широким поясом.

Дед застыл в позе человека защищающегося от удара, удара по голове. Глаза крепко зажмурены. Левая рука поднята над головой и согнута в локтевом суставе, голова втянута в плечи, а правая рука, замерла в районе груди, диагонально к левому плечу.

— Что все это значит? – недоуменно произнес я вслух вопрос, вертящийся сейчас у меня в голове.

— А это значит, что шанс на спасение у нас все-таки имеется!

— Может, ты мне объяснишь уже? Что происходит? Кто вы и что это за место?

— А ты разве еще не догадался? – Девушка совсем уже освоилась после своего недавнего тихого плача, щеки залились веселым, здоровым румянцем, а ямочки на щеках, стали проявляться более отчетливо во время ее, пока еще робких, улыбок.

— О чем я должен был догадаться? – спросил я.

— А ты веришь в чудеса? В Деда Мороза, Снегурочку и Новый год?

— Постой-постой! Ты куда клонишь-то? Что за бред!

— Ты находишься в пространственном мешке Деда Мороза, а эти, по твоему определению «зеркальные тени» предметов – это начальные «заготовки» подарков к Новому Году, тех подарков, которых ждут дети и взрослые по всей стране в новогоднюю ночь. Заготовки тех подарков, которые Дед вынимает из мешка, предварительно сунув туда руку. Вообще очень странно, что ты сюда проник, и можешь что-то видеть здесь. Я думала, что человек не может тут находиться совсем.

— Ты, что хочешь сказать, что там, — я кивнул в сторону ледяной глыбы, — настоящий Дед Мороз что ли?

— Ага, — улыбнулась мне девушка.

— А ты, кто? Стало быть, Снегурочка? – нервно хихикнул я.

— Точно, так и есть. Внучка Деда Мороза.

— Ерунда какая-то получается!

— Вот и я думаю, очень странно, как ты здесь оказался… Расскажи мне еще раз, что ты сделал, прежде чем попал сюда.

И я ей обстоятельно рассказал все с того момента, как я вдруг неожиданно захотел мандаринов и пошел в магазин, и до того, как увидел её плачущую здесь. Она очень внимательно меня слушала, не перебивая. Потом кивнула головой и сказала:

— Вообще-то, так не бывает, но раз ты здесь стоишь сейчас, предо мной, стало быть, так судьбе нужно было. Есть шанс, что ты сможешь помочь нам выбраться отсюда.

Если честно, то у меня голова шла кругом от того, что я тут увидел и услышал. Я ощущал легкую нереальность происходящего. Быть может это сон? Может, я заснул около телевизора в квартире у Лехи? Еще чуть-чуть и пацаны разбудят меня?

— Ой! – вскрикнул я в тот момент, когда Снегурочка ущипнула меня за предплечье.

— Это не сон! Женя, нам, в самом деле, нужна твоя помощь!

— Э-э-э… Я готов. Чем, как говорится, сможем, тем поможем. Что нужно делать?

— Слушай, что я тебе расскажу…

Глава 6. Былина.

Во времена стародавние, лютые да страшные,

Когда мир был юн, а земля девственна,

Когда Солнца круг светил ярко, да жарко,

Когда горы были высоки, а деревья могучи,

Многие и многие лета назад,

На землю пращуров древних славян, пришла Тьма.

И стояла Тьма на земле, пожрав солнца свет,

Семь десятков дней. А за Тьмой вослед,

С северных сторон, пришла суть беды, да без имени.

Безымяна Суть была, беспощадна и люта.

Никого не щадила, ни стара, ни мала,

Ни девиц в красе, да ни их мужей.

Принесла с собой Безымяна Суть

Холод, стужу, да и льды вокруг.

Поморозило скот, да пожухло зелень трав.

Погубили себя, добры воины из лесов-степей,

Выйдя в ратно-поле брани с ней,

Да, не сумели верх в схватке той взять.

Вот запели уже, песни смерть волхвы,

Предрекая кончину полную,

Страшную да беспросветную,

Роду всему людьему.

И собрали совет ведуны-старейшины

Долго речи они, эхом звонким своим,

Разносили по землям вокруг.

Пока вечером, уже в сумерках,

Держать слово стал, самый древний дед.

Молвил он о том, что у южных гор, у лесных озер,

Два родных брата есть.

Старший брат – Водолья,

Да поменьший брат – Морос кличут его.

Богатырской стати они,

Русы, дети леса и сыны воды.

Только удаль их, да наш мудрый взгляд,

Пополам с волшбой, Безымяну Суть,

Да, поможет стать, да прогнать.

Собрались братья, на последню сечу свою.

Искупались они в отваре из волшебных трав,

Дабы кожа их, стала каменной.

Чтобы вдруг стрела, попадя не дай,

Причинить урон, не могла бы им.

Чтобы вдруг топор, лезвие свое,

Затупил бы так, коли бы, да в плечо удар.

Водолья седлал, Змея с Черных Гор,

Что о трех главах, да с огнем летал.

Морос шествовал, под уздцы ведя,

Скакуна Степей, что сверх силы был,

Да по три дня скакал.

С западных лесов, из болотных мест,

Принесли волхвы, Леса Булаву.

Булавой Лесной, Безымяну Суть,

Водолья решил, сам он будет гнать.

Самый старый дед, Моросу отдал,

Посох свой, что Воды дитя.

И пошли братья, Безымяну Суть,

С земли родной гнать.

Мать Сыра Земля, силы Моросу дала.

Ну, а Леса дух, силушкой своей, Водолью поил.

Долго Сеча та, длилася в лесу.

Били братья Суть, да со всех сторон.

Силы тратили, да урон несли.

Вот уж Солнца круг,

Третий раз пошел, да на запад спать.

Силы неравны, были с двух сторон.

Вот уж Змей пропал, тот, что с Гор-то был.

Оторвала Суть, ему все три главы.

Вот Скакун лежит, смертный хрип с него.

Морос наг уже, только Посох с ним.

Водолья с главы, одним глазом зрит,

Булавой своей, в сердце Сути той,

Силушкой своей, целит — норовит.

Безымяна Суть, как три дня назад,

Также все свежа, будто сил ее, траты не было.

Или так хитра и коварна Суть,

Что по ней ни сколь, не видна война.

Раны лечит льдом, не несет урон,

Только пуще все, дышит холодом.

Морос Посохом, в Безымяну Суть, реки воды шлет.

Ну, а Суть в ответ, эти воды все, обращает в лед,

Да воспять  на Мороса, лёдны стрелы шлет.

Змей пока был жив, этот лед топил,

Своим жаром Гор, загорался Лес, да всю воду пил.

Да уж нет его, Змея-то, льдов торосы тут.

Холод Сути той, все удар ловил,

Булавы Лесной, что старшой брат бил.

Все ковала Суть да в оков из льда,

Сотрясался мир, стылася вода

А Скакун Степной, все топтал свист вьюг,

Снежных бурь вихри, да бураны трав.

Только все равно, и его смогла,

Безымянна Суть, одолеть стремглав.

К тому времени, старики-отцы, веды-колдуны,

Сотворив волшбу, нанесли удар, в сердце Сути той.

Замерла она, на мгновенье вдруг,

Морос Посохом, реки вод в нее, с силой всей послал.

Реки вмиг воды, да затвердели льдом,

Глыбой льда глухой, окружив Суть в круг.

Морос-то на колено пал, да на брата зрил.

На удар последний, глядь, не осталось сил.

Тогда Морос взял, да тепло отдал,

Брату своему и удвоил жар, потеряв себя.

Водолья схватил, Булаву с двух рук,

И нанес удар, да по глыбе льда.

Страшен был удар, задрожал весь мир,

Покачнулся Лес, да огни небес.

Разлетелась Суть в мире тучей брызг,

Брызги те теперь, Суть есть нынче Зла.

После сечи той, нам не знать покой:

В каждом из сердец, брызги те живут

В нас идет борьба между Светом – Тьмой,

Значит в каждом есть, Безымяна Суть…

Продолжение следует…

Метки: , ,

Вникайя: "...а Мира Край - это просто ОООЧЕНЬ удачное название... немножко даже от буддизма что-то... на первый взгляд канеш... потом понимаешь что это просто перестановка привычных частей речи, а волшебное ощущение остается..."

You can skip to the end and leave a response. Pinging is currently not allowed.

Комментарии на пост «Льдинки — бусинки. Часть третья.»:

Всего ответов на пост: 4

Былина волшебная вообще)

Как важен порядок слов в русском языке, сравните как бы звучала фраза: «Эта вообще, волшебная былина» (в смысле сказочная» и фраза: «Эта былина волшебная вообще».
Спасибо Ника!

Chingiz

После сечи той, нам не знать покой:

В каждом из сердец, брызги те живут

В нас идет борьба между Светом – Тьмой,

Значит в каждом есть, Безымяна Суть…

Знатное сказание вышло! И суть тоже понятна. В смысле суть Сути :) В каждом человеке есть ее семя, вопрос в том — дать ли ему прорасти! ;)

2 Chingiz:
В точку! ;-)

Ваше слово...

Name (*)
Mail (*)
URI

Ваш комментарий:

*

code